Информация:

ремонт квартир Харьков недорого


 
Rambler's Top100

Виталий Бианки - "Глаза и уши"

    Жил Инквой-Бобер на извилистой лесной речке. Хороша у Бобра хата: сам деревья пилил, сам их в воду таскал, сам стены и крышу складывал.
    Хороша у Бобра шуба: зимой тепло, и в воде тепло, и ветер не продувает.
    Хороши у Бобра уши: плеснет в речке рыба хвостом, упадет лист в лесу - все слышат.
    А вот глаза у Бобра подгуляли: слабые глаза. Подслеповат Бобер, и на сто коротеньких бобриных шагов не видит.
    А в соседях у Бобра на светлом лесном озерке жил Хоттын-Лебедь. Красивый был и гордый, ни с кем дружить не хотел, даже здоровался нехотя. Поднимет белую шею, окинет взглядом с высоты соседа - ему кланяются, он чуть кивнет в ответ.
    Вот раз случилось, работает Инквой-Бобер на берегу речки, трудится: осины зубами пилит. Подпилит кругом до половины, ветер налетит и свалит осину. Инквой-Бобер ее на бревнышки распилит и тащит на себе бревнышко за бревнышком к речке. На спину себе взвалит, одной лапой придерживает бревнышко, - совсем как человек идет, только трубки в зубах нет.
    Вдруг видит - по речке Хоттын-Лебедь плывет, совсем близко. Остановился Инквой-Бобер, бревнышко с плеча скинул и вежливо сказал:
    - Узя-узя!
    Здравствуй, значит.
    Лебедь гордую шею поднял, чуть головой кивнул в ответ и говорит:
    - Близко же ты меня увидал! Я тебя еще от самого поворота речки заметил. Пропадешь ты с такими глазами.
    И стал насмехаться над Инквой-Бобром:
    - Тебя, слепыша, охотники голыми руками поймают и в карман положат.
    Инквой-Бобер слушал, слушал и говорит:
    - Спору нет, видишь ты лучше меня. А вот слышишь ты тихий плеск вон там, за третьим поворотом речки?
    Хоттын-Лебедь прислушался и говорит:
    - Выдумываешь, никакого плеска нет. Тихо в лесу.
    Инквой-Бобер подождал, подождал и опять спрашивает:
    - Теперь слышишь плеск?
    - Где? - спрашивает Хоттын-Лебедь.
    - А за вторым поворотом речки, на втором пустоплесье.
    - Нет, - говорит Хоттын-Лебедь, - ничего не слышу. Все тихо в лесу.
    Инквой-Бобер еще подождал. Опять спрашивает:
    - Слышишь?
    - Где?
    - А вон за мысом, на ближнем пустоплесье!
    - Нет, - говорит Хоттын-Лебедь, - ничего не слышу. Тихо в лесу. Нарочно выдумываешь.
    - Тогда, - говорит Инквой-Бобер, - прощай. И пускай тебе так же послужат твои глаза, как мне мои уши служат.
    Нырнул в воду и скрылся.
    А Хоттын-Лебедь поднял свою белую шею и гордо посмотрел вокруг: он подумал, что его зоркие глаза всегда вовремя заметят опасность, - и ничего не боялся.
    Тут из-за леса выскочила легонькая лодочка - айхой. В ней сидел Охотник.
    Охотник поднял ружье - и не успел Хоттын-Лебедь взмахнуть крыльями, как грохнул выстрел.
    И свалилась гордая голова Хоттын-Лебедя в воду.
    Вот и говорят ханты - лесные люди: "В лесу первое дело - уши, глаза второе".